Дней Петра III

Переворот 28 июня 1762 (9 июля по новому стилю) в российской и советской исторической литературе всегда трактовался однозначно — умная, решительная, патриотичная Екатерина свергает ничтожного супруга (по её мнению, маргинала и предателя российских интересов).

Василий Ключевский так отзывался об этом событии: «К возмущённому национальному чувству примешивалось в ней (Екатерине) самодовольное сознание, что она создаёт и даёт Отечеству своё правительство, хоть и незаконное, но которое лучше законного поймёт и соблюдёт его интересы».

Екатерина уже в 1756 году планировала свой будущий захват власти. Во время тяжёлой и продолжительной болезни Елизаветы Петровны, Великая Княгиня дала понять своему «английскому товарищу» Х. Уильямсу, что надо подождать только смерти императрицы. (Англии в тот момент была весьма выгодна смена политического курса в России).

Однако Елизавета умерла только в 1761 году и на престол взошёл её законный наследник Пётр III.

За своё короткое царствование Пётр привёл в жизнь ряд мер, которые должны были упрочнить его положение и сделать его фигуру популярной в народе. Так, он упразднил Тайную розыскных дел канцелярию и дал дворянам возможность выбирать между службой и беззаботной жизнью в своём имении. («Манифест о даровании свободы и вольности российскому дворянству»).

Считается, однако, что причиной переворота была именно крайняя непопулярность Петра III в народе. В вину ему ставились: неуважение к русским святыням и заключение «позорного мира» с Пруссией.

Пётр вывел Россию из войны, которая истощала людские и экономические ресурсы страны, и в которой Россия выполняла свой союзнический долг перед Австрией (Следует заметить, что тезис об отсутствии «русского интереса» в Семилетней войне является спорным: в ходе военных действий была не только завоёвана, но и официально присоединена к России Восточная Пруссия).

Однако Пётр совершил непростительную ошибку, заявив о своём намерении двинуться на отвоевание Шлезвига у Дании. Особенно волновалась гвардия, которая, собственно, и поддержала Екатерину в грядущем перевороте.

Кроме того, Пётр не торопился короноваться, и по существу, он не успел соблюсти все те формальности, которые был обязан соблюсти в качестве императора. Фридрих II в своих письмах настойчиво советовал Петру поскорее возложить на себя корону, но император не прислушался к советам своего кумира. Таким образом, в глазах русского народа он был как бы «ненастоящий царь».

Что касается Екатерины, то, как сказал всё тот же Фридрих II: «Она была иностранкой, накануне развода» и переворот был её единственным шансом (Пётр не раз подчёркивал, что собирается развестись с супругой и жениться на Елизавете Воронцовой).



Сигналом к началу переворота был арест офицера — преображенцаПассека. Алексей Орлов (брат фаворита) рано утром привёз Екатерину в Петербург, где она обратилась к солдатам Измайловского полка, а потом и к семёновцам. Затем следовал молебен в Казанском соборе и присяга Сената и Синода.

Вечером 28 июня был совершён «поход на Петергоф», куда должен был приехать Пётр III на празднование своих именин и именин наследника Павла. Нерешительность и какая-то детская покорность императора сделали своё дело — никакие советы и действия приближённых не могли вывести Петра из состояний страха и оцепенения.

Он довольно быстро отказался от борьбы за власть и, по существу, за свою жизнь. Свергнутого самодержца отвезли в Ропшу, где, по версии большинства историков, он был убит своими тюремщиками.

Фридрих II так прокомментировал это событие: «Он позволил себя свергнуть как ребёнок, которого отсылают спать.»


0009287783302443.html
0009357353252835.html
    PR.RU™